RUS ENG
 

ГЛАВНАЯ
ГОСУДАРСТВО
МИРОВАЯ ПОЛИТИКА
БЛИЖНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ
ЭКОНОМИКА
ОБОРОНА
ИННОВАЦИИ
СОЦИУМ
КУЛЬТУРА
МИРОВОЗЗРЕНИЕ
ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ
ПРОЕКТ «ПОБЕЖДАЙ»
ИЗ АРХИВОВ РП

Русский обозреватель


Новые хроники

Текст впервые опубликован в журнале "Русский предприниматель" №12(24) декабрь 2004
Андрей Кобяков

Искусственная цель

Открытая экономика: нужна ли она России?


ИНСТРУМЕНТ НЕРАВЕНСТВА
С начала 90-х годов уже прошедшего столетия в качестве стратегической цели преобразований, идущих в нашей стране, называется построение открытой экономики в России. Зададимся вопросом: насколько адекватна эта выдвинутая и не подвергаемая сомнению задача?
"Открытость" может пониматься двояко. Во-первых, она может означать абсолютную двустороннюю проницаемость экономики для международных потоков капитала, технологий, сырьевых и трудовых ресурсов, товаров конечного спроса. В этом значении "открытая экономика" предполагает отказ от протекционизма - то есть снятие всех барьеров на ввоз и вывоз товаров и услуг, всех ограничений на деятельность в стране иностранных фирм и банков, включая вопросы приобретения собственности; отмену любых привилегий, льгот и преимущественного права резидентов перед нерезидентами в доступе к ресурсам, в получении государственных заказов, концессий; обеспечение свободы передвижения рабочей силы.
Невооруженным взглядом видно, что в этом, первом, значении открытой экономики нет в развитых странах - можно говорить лишь о большей или меньшей степени приближения к этой модели. В чистом виде она встречается в колониях и экономически зависимых государствах.
Идея "открытой экономики" входит в более широкий контекст. Популяризаторы этой идеи логически выводят ее из политэкономического принципа "свободы торговли". Лозунг "свобода торговли" фактически имеет статус "священного", что делает его недосягаемым для критики.
Отметим, что принцип "свободы торговли" очень часто фигурирует в словесной риторике политических деятелей разных стран, однако апеллирование политиков к этому принципу сопряжено с известным ханжеством и лицемерием. Тезис А. Смита и Д. Рикардо о взаимовыгодном характере мировой торговли и международного разделения труда часто интерпретируется абсолютно ложным образом: мировая торговля де способствует росту экономики слаборазвитых стран, и тем самым якобы дает им шанс подтянуться до уровня стран-лидеров.
Исследуя различные аспекты развития мировой экономики с ХV века, выдающийся французский историк Фернан Бродель пришел к выводу, что почти всегда углубление специализации в рамках международного разделения труда являлось не только отражением неравенства, но и инструментом закрепления, дальнейшего углубления неравенства между странами. Известный современный исследователь международной конкуренции Майкл Портер приходит к схожим выводам о том, что не всякая международная специализация может служить целям национального экономического развития, не говоря уже о преодолении неравенства.
Очевидно, что принцип "свободы торговли" должен выступать в качестве вторичного и подчиненного по отношению к стратегии экономической безопасности страны, а в более широком плане - вообще к концепции экономического суверенитета.

ЧТО ПОЗВОЛЕНО ЮПИТЕРУ…
Во втором значении термин "открытая экономика" относится к разомкнутым хозяйственным комплексам, то есть по смыслу противоположна замкнутым (автаркичным, изолированным) хозяйственным системам. Например, принципиально открытый характер имеет экономика административного района внутри суверенной страны - она не самодостаточна, не предусматривает самообеспеченности материальными ресурсами, полноты производственной программы, сбыта продукции только на территории данного региона.
Проведенные мною расчеты корреляционной зависимости между степенью открытости экономики и такими важными параметрами, как численность населения, размеры территории и уровень развития страны, по большой статистической выборке, включавшей в себя 135 стран, показывают, что степень открытости экономики, ее вовлеченности в мирохозяйственные связи является функцией численности населения и размеров территории, находясь в обратной зависимости от этих параметров. В то же время никакой статистически значимой зависимости между степенью открытости и уровнем экономического развития не наблюдается. Это, кстати, опровергает широко известные заявления экономиста Джеффри Сакса (бывшего в свое время советником российского правительства) о том, что уровень развития экономики является функцией ее открытости. Практическая реализация модели открытой экономики и свободы торговли для малых стран является фактически необходимым условием их динамичного развития. Технологические и организационно-экономические параметры современного производства таковы, что развитые малые страны без мирового рынка существовать просто не могут или уровень их развития, который напрямую зависит от мировой конъюнктуры, резко деградирует.
Однако обязательным следствием реализации указанной модели является зависимость от внешних условий, а в случае возникновения международных конфликтов, войн, введения санкций, установления блокады - уязвимость страны ввиду угрозы остановки экспортно-ориентированного производства и прекращения импортных поставок, особенно жизненно важной продукции (сырья, энергоресурсов и прежде всего продовольствия). Противоречие между высокой эффективностью и динамизмом, с одной стороны, безопасностью и стабильностью, с другой, для малых стран в принципе не разрешимо; для крупных стран (США, Китай, Россия, в меньшей степени - Германия и Япония) указанная проблема разрешима.
Для больших по размеру стран зависимость экономики от внешней торговли крайне мала: экспортная и импортная квоты в ВНП Китая составляют 3-4%, Индии - 4-7%, Бразилии - 6-10%, США - около 10%, и даже для Японии, почти полностью лишенной собственного сырья и топлива, известной своей внешнеторговой активностью, данные показатели составляют только 10-14%, причем в этой стране официально ставится задача быстрого расширения внутреннего спроса и переориентации большой доли экспортного производства на национальный рынок.
Принимая во внимание размеры территории и численность населения России, оптимальные экспортная и импортная квоты в ВНП должны были бы соответствовать величине примерно 10% (в СССР эти показатели находились в пределах 3-5%). В то же время в современной России доля экспорта в ВНП составляет порядка 30%. Поэтому актуальной для России является задача не наращивания абсолютного объема экспорта, а возможно, его сокращения при существенном изменении его качественной структуры в пределах уже достигнутого объема.

"МИР-ЭКОНОМИКА"
В век осознания ресурсных и экологических "пределов роста" международная экономическая конкуренция обретает черты геоэкономического противостояния. Эти тенденции объективно привели к существенным изменениям в современном содержании протекционистской политики. В "войне протекционизмов" между США, Японией и Европой наблюдается все большее смещение акцента на борьбу за сферы влияния в "третьих" странах - объектах экономической экспансии основных мировых центров силы, что является еще одним свидетельством ее геополитического характера. Смысл же современных интеграционных процессов в этом свете проступает вполне явственно: формирование достаточно мощных экономических группировок, способных быть эффективными в международной конкуренции, и построение так называемых "миров-экономик", обеспечивающих за счет замкнутости воспроизводственного контура устойчивость и независимость в этой конкурентной борьбе.
Термин "мир-экономика" предложен Фернаном Броделем. Согласно его концепции, объективным и закономерным является постоянно реализуемый в истории процесс формирования относительно замкнутых макрорегиональных хозяйственных комплексов - "миров-экономик", каждому из которых его внутренние связи и обмены придают определенное единство. Замкнутость "мира-экономики" является выражением самодостаточности, для чего прежде всего необходимы полнота воспроизводственного комплекса, ресурсная самообеспеченность и достаточная емкость внутреннего рынка. Большая степень замкнутости экономики обеспечивает стабильность воспроизводства, делает его слабо чувствительным к резким кратковременным колебаниям мировой конъюнктуры. При этом для улавливания импульсов долговременной структурной динамики "закрытая" экономическая система должна иметь встроенные институциональные и организационные механизмы, обеспечивающие динамичность развития (антимонопольная политика, поощрение внутренней конкуренции, распространение передового опыта и др.).
Даже без проведения специального анализа очевидно, что на протяжении веков Россия (позже СССР) развивалась как классический самостоятельный "мир-экономика". Такое развитие было совершенно органичным и обусловлено комплексом природных, демографических, исторических, политических и социо-культурных факторов. Развитие в качестве "мира-экономики" является для России в настоящее время императивным условием сохранения собственной геоэкономической субъектности. В противном случае Россия неизбежно со временем окажется поглощенной одним или двумя чужими "мирами-экономиками", где ей в любом случае будет уготован статус периферии.

ОРУДИЕ ВЗЛОМА
Таким образом, формирование "открытой экономики" является во многом искусственной, неорганичной целью политики российских реформ. В большой мере эта цель была инспирирована международными финансовыми кругами и настойчиво внедряется в курс российских реформ через посредство таких международных институтов, как МВФ, Мировой банк, ВТО, ЕБРР, и др.
В умелых руках сильных мира сего концепция "открытой экономики" служит своего рода отмычкой или даже инструментом для взлома национальных суверенитетов независимых стран.
Открытие же широкого доступа иностранным конкурентам к российскому рынку в сочетании с неготовностью российских производителей к подобной конкуренции уже привели к тому, что половина всего розничного товарооборота в России формируется за счет импорта. Без экстренного активного государственного вмешательства в сложившуюся ситуацию она может приобрести необратимый характер.


Количество показов: 5681
Рейтинг:  3.3
(Голосов: 1, Рейтинг: 3.3)
 © GLOBOSCOPE.RU 2006 - 2017
 E-MAIL: GLOBOSCOPE@GMAIL.COM
Русская доктрина   Институт динамического консерватизма   Русский Обозреватель   Rambler's Top100