RUS ENG
 

ГЛАВНАЯ
ГОСУДАРСТВО
МИРОВАЯ ПОЛИТИКА
БЛИЖНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ
ЭКОНОМИКА
ОБОРОНА
ИННОВАЦИИ
СОЦИУМ
КУЛЬТУРА
МИРОВОЗЗРЕНИЕ
ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ
ПРОЕКТ «ПОБЕЖДАЙ»
ИЗ АРХИВОВ РП

Русский обозреватель


Новые хроники

18.04.2012

Андрей Сорокин

…ОТ СЛОВА «ОБРАЗ»

Образование как несущая отрасль экономики: производство граждан – самостоятельно мыслящих личностей

Вызовы, стоящие перед Россией, заставляют рассматривать систему образования как отрасль человекостроения, которая подчиняется не «невидимой руке рынка» и умозрительным «западным образцам», а законам и требованиям развития страны.

В широком общественном мнении издержки реформы образования им. А.А. Фурсенко связываются по большей части с двумя вопиющими коварствами: ЕГЭ и ползучее узаконивание платы за образование. Эти упреки и несправедливы, и справедливы одновременно.

В чем несправедливость упреков? ЕГЭ – всего лишь инструмент оценки знаний учащегося, имеющий как ряд достоинств по сравнению с традиционными экзаменами «тет-а-тет», так и ряд изъянов. А что касается бесплатности, так ее не было на самом деле и в советские времена: вопрос опять же только в том, каким образом эта оплата производится – централизованно через налоги и иные удержания из доходов граждан или индивидуально через собственный карман.

Таким образом, то, что вменяется Фурсенко и его ведомству как криминал, не более чем антураж, вторичные сопутствующие признаки сущности под названием «система образования». А в чем справедливость упреков? В том, что ЕГЭ стимулирует не владение знаниями, а его профанацию. В том, что платность разрушает равенство образовательных возможностей. То есть в конкретных нынешних обстоятельствах эти вторичные признаки характеризуют «прагматизированную» систему «предоставления образовательных услуг», не совпадающую, во-первых, с представлениями русского общества о предназначении образования и, во-вторых, с объективными задачами развития страны.


ОТКУДА БЕРУТСЯ ТРЕБОВАНИЯ К ОБРАЗОВАНИЮ

Предыдущим российским модернизациям принято приписывать расточительное пользование человеческим ресурсом. Собственно, дискуссии о содержательной составляющей модернизации обычно и сваливаются в эту бездну – подсчетов «цены» что петровских реформ, что сталинской индустриализации. Нам же сейчас важно заметить следующее: независимо от этих исторических подсчетов говорить о «целесообразности расходования человеческого ресурса» или наоборот сегодня бессмысленно – расходовать особо нечего. Даже несмотря на очевидные успехи демографической политики последнего десятилетия, Россия по обеспеченности населением по-прежнему превосходит разве что Сахару и Гренландию. Впрочем, в прежние времена, когда страна была несколько больше размерами, ситуация была лишь немногим лучше.

Все как обычно: людей мало, а задач много. Дефицит и, следовательно, ценность ресурса налицо.

Есть, однако, у этой задачки и дополнительные вводные. На страницах нашего журнала мы (особенно Лусинэ Бадалян и Виктор Криворотов) не раз писали, что нынешний глобальный кризис – это объективно процесс смены технологического уклада. Частью этого процесса является невиданный по темпу, лавинообразный научно-технический прогресс. Нано-, био-, кибертехнологии, создание искусственного интеллекта, аналогичного человеческому, – это, может, пока еще и футурология, но уже не фантастическая бесовщина. А сама по себе роботизация производства является абсолютно реальным фактом среднесрочного будущего. Эти реалии на самом деле, а не в формате политических лозунгов делают человека главным субъектом экономики.

На самом деле это вызов современной системе не только организации труда и производства, но и всей социальной организации. Человек перестает быть придатком машины – само по себе понятие «стоимость индустриальной рабочей силы» теряет смысл. Производство может стать настолько же дистанционным, как ставшая привычной надомная работа через Интернет. Это, кстати, другая экономика, где, например, наличие ресурсов дешевой рабочей силы перестает иметь какое-либо значение. А имеет значение только качество человека.


СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ И ЕЕ ЯДРО – СРЕДНЯЯ ШКОЛА

Следовательно, и присущий нам гуманизм, и объективная реальность вынуждают рассчитывать исключительно на качественные характеристики человеческого капитала.

Собственно, именно из этих соображений в свое время параллельно свершениям индустриализации возводилась советская система образования, с которой мы до сих пор сверяем как свои пожелания, так и деяния современных реформаторов. И все время почему-то проигрываем. Говорить между тем надо о сути. А суть такая.

Система образования (или, если шире, вообще вся социалка, но мы сейчас именно об образовании) – это не артель по оказанию услуг и даже не совокупность «прагматизированных» курсов по обучению персонала в требуемом ассортименте. Это базовая, фундаментальная отрасль отечественной экономики, «производящая» главный капитал и главное достояние страны – Человека, обеспечивающая его формирование, сбережение и совершенствование. Образование – это не просто наполнение головы знаниями и навыками, это в некоторой степени введение человека в Образ Божий.

Каковы признаки той системы образования, которая была бы понятна обществу и обеспечивала бы решение стратегических задач развития страны? Не стоит мудрить и пытаться отыскать их в нынешнем уродливом копировании чужих уродливых образцов – в «прагматизированной» школе такие признаки не наблюдаются. Зато они были положены в основу русской классической гимназии и абсолютизированы в советской школе. Так что за опытом идти гораздо ближе, чем казалось.

В нашем понимании система образования как отрасль – это единый механизм, который сопровождает человека от детского сада до Нобелевской премии. Однако сейчас мы будем говорить только о ядре этой системы – о средней школе. И, соответственно, о характеристиках той средней школы, которая нам нужна.

Эти характеристики очень просты: фундаментальная, всеобщая, обязательная, с доминирующей воспитательной компонентой.


ВСЕОБЩАЯ УЧЕНАЯ ПОВИННОСТЬ

Что значит всеобщая и обязательная? То и значит: образование – неотъемлемая обязанность каждого гражданина. Именно так: нет у нас никакого такого «права на образование». Помните, как нам в советские времена говорили взрослые? «Школа – твоя работа», – это притом что в УК гордо красовалась статья за тунеядство. Такое требование изначально исходит все из того же количественного дефицита человеческого капитала вкупе с традиционной русской миссией «сказку сделать былью». Нет возможности взять количеством – значит, будем брать качеством. Значит, каждый гражданин у нас на всякий случай рассматривается как потенциальный Ломоносов.

Но ведь дело не будет ждать, пока Ломоносову взбредет в голову добраться до Москвы из своих Холмогор с попутным рыбным обозом. Поэтому рыбный обоз надо подогнать к каждому крыльцу в каждых Холмогорах. А еще лучше неподалеку от этого каждого крыльца школу построить. Чтобы гужевой транспорт туда-сюда лишний раз не гонять. Далее. Нам же без разницы, родится Ломоносов в семье обеспеченной или в семье совсем средненького достатка. Значит, Ломоносовы из этих двух семей должны сидеть за одной партой и внимать одному учителю, который вложит в их головы одни и те же обязательные базовые знания, понятия и культурные коды.

Всеобщий и обязательный принцип образования – это не вопрос социальной справедливости, равенства возможностей, склонности к коммунизму или еще какой-нибудь лозунговой мишуры. Это вопрос максимально эффективного применения в народном хозяйстве любого человека – независимо от материального положения, социального статуса и места жительства его родителей. Можно даже сказать, что это и есть «прагматизация» образования, только в нормальном понимании, а не в ныне практикуемом.


У НАС КАЖДЫЙ С ДЕТСТВА АКАДЕМИК

Следующий важный принцип нужной нам школы – ее фундаментальность.

Уместно вспомнить, почему русская инженерная школа, а потом воссозданная на ее основе советская была лучшей в мире. Потому что в основе нашей школы лежало классическое гимназическое образование.

Кстати, советское диссидентское свободомыслие вышло не из зарубежных разведшкол или дореволюционных гимназий – оно было продуктом советского же образования. Какими бы оно идеологическими функциями и обременениями ни отягощалось, его фундаментальный характер формировал человека, способного к самостоятельному мышлению.

Главная задача школы – давать базовые фундаментальные знания во всех основных дисциплинах. Собственно, это и есть Образование, которое формирует самостоятельно мыслящую личность, обеспечивает человеку необходимый интеллектуальный инструментарий для дальнейшего развития.

Естественные науки – математика, физика, химия, биология и т. д. – воспитывают в человеке способность к логическому мышлению. Это обязательная часть формирования современного адекватного человека, даже если он в дальнейшем не собирается специализироваться в соответствующих областях знаний. Упадок в естественнонаучном образовании приводит к распространению в обществе паранаучных или просто бредовых идей, что, собственно, мы и наблюдаем.

В гуманитарных же дисциплинах – в первую очередь речь идет о русском языке, литературе, истории – помимо собственно образовательной составляющей заложена как раз воспитательная компонента, о «евразийском» стержне которой более подробно размышляет Александр Дугин («Однако» №08 (117) за 2012 год, стр. 14).

Это все ни в коей мере не отменяет так называемой «вариативности образования» – и с точки зрения более ранней специализации, и с точки зрения уровней: те, у кого есть способности и дополнительный интерес, должны иметь возможность обучаться по другим программам, более интенсивным, более продвинутым, более творческим. Вариативность – это возможность поднять планку выше средней нормы, а не опустить эту планку за счет «выталкивания» обязательных дисциплин в вариативность. А вот провозглашенная «прагматизация» образования к требуемой классической модели отношения не имеет. По сути, речь идет об освобождении ученика от «лишних», «непрофильных» знаний, которые якобы не пригодятся ему в его профессиональном будущем. Можно подумать, 15-летний подросток имеет какое-то представление о своем профессиональном будущем и тем более о его превратностях. Образование – это отрасль с длительным «циклом производства». Сегодняшние первоклассники полноценно начнут реализовываться в профессии лет через 15–20 (школа, вуз, обретение необходимого начального опыта). Кто-нибудь знает, какие технологии, какие профессии будут актуальны в этом будущем? Фурсенко знает? Или аж сам «семипроцентник» Прохоров? Не верьте им.

Выпускник нашей средней школы должен обладать всем необходимым интеллектуальным инструментарием, чтобы в этом будущем эффективно жить и работать, чтобы это будущее создавать, в конечном итоге. Это, собственно, и есть непрерывно возобновляемый, саморазвивающийся и преумножающийся ресурс для всех грядущих модернизаций. Уж лучше у нас будут инженеры, владеющие грамотной русской речью и литературным вкусом, чем обученный ограниченному набору операций «персонал», который потом становится с какого-то перепугу «креативным классом».

«Прагматизация», таким образом, не может быть целью государственной образовательной политики. Что бы ни думал об этом сам ученик и его семья, целью образовательной политики является – вы будете смеяться – полноценное образование.


СТРАНА, ДОСТОЙНАЯ СВОЕЙ ШКОЛЫ

Таким образом, «продуктом» фундаментальной средней школы является человек, обладающий всесторонними базовыми знаниями – та самая самостоятельно мыслящая личность.

Ну и что с этой личностью потом делать?

В парадигме тактических задач, которые в интересующей нас сфере описываются «прагматизацией» и «обучением персонала», самостоятельная личность является большой проблемой. Мы имеем печальный опыт, когда невостребованные позднесоветским «деградансом» выпускники качественной советской школы сначала стали «поколением дворников и сторожей», а потом разложили страну. Следствием разрушительного буйства советской интеллектуальной элиты и является тот горький катаклизм, с которым мы сейчас пытаемся что-то путное сделать.

С этой точки зрения обрушение советской школы было деянием совершенно необходимым для «новой России». Причем обрушение даже не со зла, а инстинктивно. Потому что как минимум без надобности. Посудите сами: зачем стране, которая отказалась «покорять пространство и время», конвейер, настроенный на бесперебойную массовую штамповку элитных личностей? Из личностей получается совсем негодный персонал. А самопровозглашенным «элитам», которые еще вчера считались огорчительной отбраковкой цивилизации, нужен именно персонал. Поэтому – «прагматизация». Поэтому – сегрегация «образовательных услуг».

Еще раз обратимся к опыту эпохи, которая как раз и запустила этот конвейер человекостроения. В комплекте с этим конвейером тов. Сталин оставил нам и две методики использования произведенной им элиты.

Первая методика – перманентная ротация по мере убытия человеческого материала. Она, как уже говорилось выше, нам не вполне подходит. Хотя творчески осмыслить ее в той части, где речь идет о профессиональных качествах и ответственности за результаты деятельности, было бы крайне полезно.

Вторая методика, вытеснившая первую после Победы, – перманентное воспроизводство амбициозных задач, поглощающих элиты (то есть обеспечивающих их востребованностью). Вы вспомните, как это делалось: еще не все поля на Среднерусской возвышенности успели разминировать, а предельно «элитоемкая» космическая программа уже стартовала. И ведь не только она одна…

Это сгодится. Все равно ничего гуманнее и эффективнее человечество пока не придумало. Если не считать методики превращения человека в персонал, занятый нехитрыми стандартными операциями и ублажением собственной тушки до тех пор, пока не поменяется конъюнктура.

Раз запустив механизм формирования качественных культурных элит, его надо кормить задачами, длинными целями – все более масштабными, решение которых выходит за рамки жизни одного поколения, чтобы вслед за одной решенной задачей тут же вставала другая, еще более неподъемная. Только такие вызовы – в наилучшем смысле этого слова – являются самым эффективным стимулом для развития человека. И, соответственно, страны.

Потому что великие цивилизации не строятся персоналом. Они строятся только личностями.

Одна проблема: такое воспроизводство задач не по плечу государству в формате «ночного сторожа». Это прерогатива государства совершенно другого качества.

Впрочем, и это не проблема, если хорошенько подумать. Ведь именно такое государство – государство другого качества – нам и нужно. Иначе зачем мы тут про школу думаем, не правда ли?

Источник: журнал «Однако» №08 (117) за 2012 год 


Количество показов: 7976
(Нет голосов)
 © GLOBOSCOPE.RU 2006 - 2017
 E-MAIL: GLOBOSCOPE@GMAIL.COM
Русская доктрина   Институт динамического консерватизма   Русский Обозреватель   Rambler's Top100