RUS ENG
 

ГЛАВНАЯ
ГОСУДАРСТВО
МИРОВАЯ ПОЛИТИКА
БЛИЖНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ
ЭКОНОМИКА
ОБОРОНА
ИННОВАЦИИ
СОЦИУМ
КУЛЬТУРА
МИРОВОЗЗРЕНИЕ
ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ
ПРОЕКТ «ПОБЕЖДАЙ»
ИЗ АРХИВОВ РП

Русский обозреватель


Новые хроники

06.10.2006 

Константин Черемных

МЕСТЬ «ЗОЛОТОГО ТРЕУГОЛЬНИКА»
 
  

Путч в Таиланде готовился семь месяцев. Какие мировые силы стоят за этим «знаковым» переворотом?

ImageИМЕНЕМ КОРОЛЯ?

В понедельник, 2 октября, король Таиланда официально провозгласил генерала Сураюда Чуланонта премьер-министром страны. С этого дня смена власти в азиатском государстве стала необратимой реальностью. Отрешенный от власти гражданский премьер Таксин Шинаватра, покинувший страну всего на два дня для выступления на сессии ООН, оказался в бессрочной эмиграции. Его семье великодушно позволили покинуть Бангкок. Приличия были соблюдены.

Переворот, совершенный утром 19 сентября силами военного спецназа, обошелся без внешне заметного насилия. Туристические компании хором успокаивали клиентуру. Казалось, что на российских телеканалах комментировать происшедшее было доверено туроператорам.

Публика, привыкшая отдыхать на тайских курортах, поначалу волновалась из-за объявленного военными ограничения на безвизовый въезд. Вскоре оказалось, что мера была временной и преследовала лишь цели преодоления коррупции. "Совет по административной реформе", как политкорректно наименовали себя путчисты, туманно разъяснил, что именно коррупция, а также "раскол общества", послужили причиной для вынужденного отступления от демократии.

Хунта всячески подчеркивала свое миролюбие. По специальному распоряжению Совета по административной реформе в уличные патрули зазывали женщин. К пропагандистской работе для пущей убедительности привлекли местную королеву красоты.

При виде девушек, вручающих хмурым танкистам букеты цветов, у наблюдателей возникало чувство "уже виденного" - в Москве в 91-м, в Киеве и Бейруте в 2004-м. Как и от вида ликующих молодых людей в ярко-желтых футболках.

Впрочем, эта молодежь не становилась на пути танков, а наоборот, выражала военным свой восторг. И пела песни, с исполнения которых по радио начался "день икс" - 19 сентября. "Он похож на луну, и другого такого нет нигде..." Эти песни посвящались королю, а желтый цвет, как разъясняли местные жители российским туристам, является традиционным для таиландской монархии.

Вообще-то генерал Сонтхи Буньяратглин, официально возглавивший путч, утверждал, что это его личная инициатива, и его никто не поддерживал. В сочетании с роялистскими песнопениями это означало, что монарха скорее поставили перед фактом переворота.

Это сделали не военные. Это сделала пресса. Ведущая либеральная газета The Nation, служившая трибуной разоблачения коррупции премьера Шинаватры и его окружения, в "день икс" не сидела в подполье, а бесстрастно излагала хронику переворота. Которая начиналась с сообщения об утренней встрече короля Пумипола Адульядежа с главой Тайного совета, экс-премьером и бывшим военным диктатором Премом Тинсуланондой.

В таиландском государстве короля, как и общество, играют медиа. Не без удовольствия The Nation сообщала, что события 19 сентября были прежде всего борьбой в сфере информации. В тот день премьер Шинаватра, узнав о перемещении войск по свой столице, пытался наладить телемост из Нью-Йорка и объявить чрезвычайное положение. Но войска заняли позиции у офисов всех телеканалов. Еще в десять вечера вице-премьер Суракьярт Сатиратай, сопровождавший главу правительства в штаб-квартиру ООН, говорил в эфире 11-го телеканала, что Шинаватра остается у власти. Однако через полчаса спецназ добрался до последней телекомпании, еще верной премьеру, и в ее эфире тоже зазвучали песни во славу короля.

На Западе ограничение свободы прессы вызвали однозначное осуждение: ведь военные покусились и на "святая святых" - американский телеканал CNN. Но спустя несколько дней The Nation сообщала, что Соединенные Штаты "заняли позицию стороннего наблюдателя". А после назначения премьером генерала Сураюда Чуланонта мировые стражи демократии из Freedom House сделали специальную пометку в страновом рейтинге: "Есть большая вероятность, что военное правительство быстро восстановит функциональную демократию". Хотя в Таиланде не действовал ни парламент, ни конституция, ни многие общественные службы. Работал безукоризненно только туристический бизнес.

 

ПЛОХОЙ ХОРОШИЙ ПРЕМЬЕР

Путчисты не зря перекрыли эфир иностранным телеканалам: Таксин Шинаватра, ошельмованный на своей родине, еще пользовался симпатией в изрядной части международного сообщества. Как всенародно избранный премьер; как современный, образованный и светский политик; наконец, как гарант иностранных инвестиций.

Деловая пресса была не готова к перевороту. За день до рокового дня "Файненшл Таймс" еще комментировала политический скандал в Бангкоке, разразившийся вокруг продажи телекоммуникационной компании Shin Corp. сингапурскому гиганту Temasek. От имени делового мира авторитетное издание осудило как премьера, не обеспечившего прозрачность сделки, так и оппозицию, ставящую под удар иностранные инвестиции вообще. В самом деле, многомиллиардный контракт вызвал явно нездоровые страсти.

Оппозиция не только уличала премьера в еще не совершенном вывозе капитала, но и целенаправленно ссорила его с королевским домом. Один из лидеров Демократической партии Таиланда договорился до того, что сравнил Шинаватру с Саддамом Хусейном в пользу иракского диктатора: "Он тоже был коррумпирован, но хотя бы заботился о своей стране".

А ведь еще четыре года назад помощник госсекретаря США по Азии Джеймс Келли рассыпался в благодарностях официальному Бангкоку за содействие в борьбе с исламским терроризмом - и в частности, за предоставление воздушного пространства для американской авиации. В том памятном заявлении Келли выражал озабоченность в связи с ростом антиамериканских настроений в Таиланде. Это был явно негативный жест в сторону оппозиции.

В отличие от митинговых агитаторов, Таксин Шинаватра получил образование в США и очень много сделал для американских корпоративных интересов в Азии. Его бизнес-интересы в сфере коммуникаций открыли Таиланд для крупных поставок компьютерной и телефонной техники. Уже в период своей службы в Королевской полиции Таксин закупил огромное количество спецоборудования. Став вице-премьером, а затем премьером, он безукоризненно соблюдал интересы западных поставщиков, а рост экономики расширял им возможности сбыта.

И вот этот просвещенный правитель с европейскими манерами, за время правления которого ВВП Таиланда вырос вдвое, а столица приобрела все атрибуты современного мегаполиса, оказывается жертвой явно раздутых обвинений со стороны общественности - неуправляемой, завистливой к богатству, да еще и апеллирующей к патриархальным устоям. Британская "Индепендент", явно сочувствуя непонятому модернизатору Таиланда, даже сравнила его с отрешенными от власти британскими и русскими монархами, а о луноликом короле, оставшемся на троне, и вовсе не вспомнила.

Король Пумипол вряд ли когда-нибудь расскажет миру о мотивах своего решения в пользу авторов переворота. Но тот, кто хорошо знает таиландскую историю XX века, не будет задавать риторических вопросов. Члены королевской семьи в обозримом прошлом становились и жертвами покушений, и политическими заложниками. И если монархия по каким-то причинам предпочитает путь наименьшего сопротивления, значит, обстоятельства были сильнее. Но в этом монарх никогда не признается: несмотря на его конституционный статус, королевский дом остается единственным общенациональным авторитетом, поступки которого не обсуждаются. И как раз поэтому монарх не может обратиться к народу за поддержкой: этим он уронит себя.

Для гостей с Запада эта монархия - атрибут экзотики, для тайцев - сакральная инстанция. Слишком много веков она была символом независимости, пусть часто и формальной. Слишком многое в стране связано с институтом королевства - в том числе и армия, в особенности королевские военно-воздушные силы. Даже глава национального банка, весьма уважаемый в кругах МВФ, имеет высшее военное образование.

Тот же Таксин Шинаватра, прежде чем стать преуспевающим бизнесменом, окончил в Штатах докторантуру не по "экономикс", а по уголовному праву, и первый период своей карьеры посвятил работе в правоохранительной системе, с благословения своего состоятельного и уважаемого отца. Здесь принято относиться с доверием к силовым структурам. Поэтому стандартные рецепты "оранжевых революций" в Таиланде не работают - до тех пор, пока их стратегам не удается заручиться поддержкой трона и армии.

 

ТРИ ОШИБКИ ТАКСИНА ШИНАВАТРЫ

Пять лет назад Таксин Шинаватра, молодой премьер из богатой семьи, был всеобщим кумиром. Тогда к нему набивался в друзья магнат Лимтхонгкул, а его лучшая телезвезда Сароча Порнудомкул так очаровывала кабинет, что один из министров даже назвал ее именем собственную дочь. В те годы, когда страна выходила из финансового кризиса, с энергичным Шинаватрой связывался общенациональный успех. Его открытая манера обращения к народу казалась символом нового времени. И никого не смущало ни его происхождение из богатой семьи, ни китайская национальность его деда, ни его личное состояние.

Подлинным кумиром Таксин стал именно в провинции. Развитие отсталых регионов он провозгласил приоритетом - и не ограничился декларациями. В отдаленных районах, чтобы стимулировать местные общины, он в буквальном смысле раздавал кредиты, притом как из госбюджета, так и из средств собственных компаний. Стимулируя местное производство, он инициировал строительство новых дорог, привлекая крупные кредиты, и рассчитывал на соглашения о свободной торговле с крупными мировыми державами как на двигатель прогресса.

За ним было три преимущества, казавшихся универсальными и неоспоримо надежными: статус всенародно избранного премьера, компетентность в самых современных областях экономики и вера в свободную прессу как атрибут прогресса национальной культуры.

Эти три преимущества обернулись тремя западнями.

Оказалось, что для управляющей миром цивилизации "функциональная демократия" вовсе не безусловный приоритет. Празднуя победу своей партии "Тай Рак Тай" ("Тайцы, любите тайцев") на общенациональных выборах 2001 года, Шинаватра не оглядывался на пример ближних Филиппин, где демократическая репутация никак не помогла удержаться у власти Джозефу Эстраде.

Оказалось, что хваленая "новая экономика" - самая ненадежная из всех отраслей. Что следом за азиатским кризисом придет американская рецессия, а ее первым же результатом станет кризис сбыта таиландских полупроводников на американском рынке. Что придется искать срочную альтернативу этому экспортному товару, который до сих пор приносил 35% экспортной выручки.

Оказалось, что свобода самовыражения, за которую таиландскую прессу из года в год ставили в пример всей Азии, может сделать из него общенациональное посмешище, едва амбициозный медиа-магнат Лимтхонгкул перейдет в лагерь его врагов, а красавице Сароче доверят хлесткую разоблачительную программу.

Таксин слишком поздно понял, что стоит протянуть прессе палец, то она откусит руку дающего по самый локоть. Он не догадался, что попытка власти судиться с прессой заведомо дает фору ответчику; что стоит покуситься на материальную базу прессы, как мстительная медиа-среда, не задумываясь о последствиях для государства и народа, будет планомерно и целенаправленно изничтожать его авторитет, пожирая его до основания, словно опасный вирус.

Таксин пытался решить все проблемы сразу, прежде чего за счет внешней политики. Но его старания освоить новые рынки и новые бюджетные источники лишь послужили поводом для новых подозрений, обвинений и насмешек, а попытки улучшить свой имидж - к новым унижениям. Задумав продать собственный коммуникационный концерн, он рассчитывал избавиться от упреков в конфликте интересов. Но стражи демократии из "Фридом Хаус", по существу "подсказавшие" ему продать Shin Corp., не вступились за него, когда пресса начала спекулировать на тему о его желании вывести вырученные средства за пределы страны. Напротив, стоило ему подать на Лимтхонгкула в суд за клевету, как те же стражи хладнокровно опустили Таиланду все "индексы свободы".

Либеральные газеты и националистические ораторы мастерски играли в две руки. Изобличения в богатстве и роскоши соседствовали с упреками в государственной измене, жалобы на узурпацию власти - с насмешками над личными слабостями. Предметом глумления стала даже внешность: самыми ходовыми кличками премьера стали "на льем" - "квадратное лицо", а также "мео" - пренебрежительное название китайцев.

Намеки на китайское происхождение возникали тем регулярнее, чем больше Таксин развивал отношения своей страны с КНР - что имело, как нетрудно догадаться, прямой экономический смысл. Столь же регулярной темой критики и издевок стало партнерство с Россией, где премьер еще с 2002 года искал для своей страны новейшие космические разработки и нанотехнологии. Первые слухи о заговоре распространились в Бангкоке как раз после прошлогодней встречи Шинаватры с Владимиром Путиным, когда две стороны достигли договоренности по поставкам российских истребителей СУ-30.

Здесь премьера подвел уже совсем непредвиденный природный фактор. За российские самолеты Таиланд предпочитал рассчитываться не деньгами, а местной агропродукцией, в которой значительную долю составляла мороженая птица. А тут как раз грянула эпидемия птичьего гриппа, ставшая еще одним ударом для экономики страны.

22 сентября один из активных участников путча, генерал Сапранг Калайянамитр, признал, что план переворота созрел вовсе не внезапно - как это изображала The Nation - а готовился семь месяцев.

Как раз за семь месяцев до этого знаменательного признания американский адмирал Пол Хестер публично заявил, что покупка военных самолетов из России для Таиланда неприемлема. Почему? Потому что Таиланд является "естественным" партнером Соединенных Штатов.

Адмирал Хестер, командующий тихоокеанской группой войск США, начинал карьеру в Таиланде в период вьетнамской войны. Он хорошо знает свои обязанности, главная из которых - сдерживание Китая. Возможный поворот политики Бангкока в сторону Пекина волновала Вашингтон больше, чем уже заключенная, но так и не реализованная сделка с Москвой.

Еще одно обстоятельство после путча раскрыла американская "Нью-Йорк Таймс". Оказывается, сингапурская компания Temasek, которой Таксин собирался продать свой телекоммуникационный бизнес, тоже попала в немилость у Пентагона - в связи со своим партнерством с китайской Great Wall. Эту китайскую корпорацию подозревали в тайных поставках технологий Ирану.

Очевидно, бывший американский студент Таксин Шинаватра был признан плохим учеником. Бдительные вашингтонские "ястребы" решили, что под его руководством таиландский корабль медленно, но верно разворачивался от Запада к Востоку. И его решили поставить на место.

 

"ПОДАРОК" ОТ ДЖОНА БОЛТОНА

В "день икс" некоторые российские и украинские газеты сообщили, будто с нью-йоркского саммита ООН поверженный премьер прибыл в Лондон российским чартерным рейсом. Это была намеренная пропагандистская ложь газеты The Nation: к этому времени пресса уже встретила премьера с рейса Thai Airways. К чему этот домысел? На что намекали авторы - на сделку с истребителями или на более широкий план сотрудничества Москвы и Бангкока?

В злосчастной поездке премьера Таиланда сопровождал его верный заместитель Суракьярт Сатиратай, для которого трибуна в Нью-Йорке была важнее, чем для самого Шинаватры.

Еще в 2003 году стало известно о намерении Таиланда выставить кандидатуру Сатиратая на пост генсека ООН. Вице-премьер учился в Гарварде, участвовал в политическом урегулировании в Камбодже и на Балканах, и заслужил солидную международную репутацию. Как сообщал германский аналитический еженедельник "Цицерон", Сатиратай пользовался поддержкой в большинстве стран Азии. Осталось пройти утверждение в Генеральной ассамблее ООН...

19 июня этого года Шинаватра гостил в столице Казахстана, где проходила вторая сессия Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии. В саммите этой новой дочерней структуры ООН участвовал заместитель генсека Ибрагим Гамбари. Сюда же приехали с юбилейного саммита ШОС Ху Цзинтао, Владимир Путин и президент Афганистана Хамид Карзай. И здесь же неоднократно обсуждался вопрос о том, кто в ближайшее время сменит Кофи Аннана.

Само собой, этот вопрос был актуален и для России. Характерно, что Владимир Путин накануне провел на экономическом форуме в Петербурге лишь один день, в Пекине - два, а в Астане - три. Российский президент уделял все больше внимания Центральной Азии. В Казахстане он предложил странам-соседям воспользоваться услугами нового Евразийского банка, затем присутствовал при запуске космического спутника... И рядом с ним то и дело видели сияющее улыбкой лицо премьера Таиланда.

Догадывался ли таиландский премьер о том, как бдительно и ревниво следят в Вашингтоне за его дипломатией? Может быть, он рассчитывал на международное влияние Китая, где его ждали в конце октября на саммите АСЕАН? Оптимистическая улыбка не сходила с его уст даже по прибытию в Лондон. Может быть, еще ничего не потеряно? Ведь генерал Буньяратглин публично заявил, что военная хунта поддерживает кандидатуру Сатиратая в ООН...

Но утром 28 сентября The Nation со ссылкой на "информированный источник" сообщила, что Соединенные Штаты - в лице своего представителя в ООН, известного "ястреба" Джона Болтона, намерены "в последний момент" поддержать на выборах генсека ООН альтернативного таиландского кандидата - бывшего министра иностранных дел, "умеренного мусульманина" Сурина Питсувана. Весть о подарке Таиланду звучала совершенно невероятно: во-первых, Вашингтон только что грозился перекрыть Бангкоку финансовую помощь; во-вторых, за океаном, если верить множеству сообщений, делали ставку на другого "умеренного мусульманина" - иорданского принца Сеида Раана аль-Хусейна.

Очередная ложь либеральной газеты была костью, брошенной образованной столичной публике. Но во лжи опять же скрывался намек: не в Пекине и не в Москве, а в Вашингтоне решается вопрос о том, как дальше жить королевству и кому его представлять на международной арене.

Как раз на следующий день главный аудитор Таиланда, не дожидаясь истечения даже двухнедельного срока, назвал имя нового премьера - генерала Чуланонта. Мировые СМИ не числили его в списке претендентов. Но The Nation была явно в курсе дела и загодя готовила свою аудиторию: уже на второй день путча, 20 сентября, имя Чуланонта в экспресс-опросе газеты стояло под номером один.

 

ЗАКАТ«АЗИАТСКОГО ТИГРА»

Один из самых ранних и воодушевленных откликов на назначение Сураюда Чуланонта поступил из соседней Мьянмы. Но не от руководства страны, а от Ман Ша - лидера сепаратистского Каренского национального союза. "Генерал Чуланонт - хороший солдат. Он сочувствует нашим беженцам и понимает природу демократических структур", - сказал лидер каренского движения в интервью оппозиционной газете "Иравадди".

Симпатия бирманского сепаратиста к таиландскому генералу означает весьма многое. В пресловутом "понимании природы демократических структур" скрывается еще один подтекст заговора против Таксина Шинаватры и его кандидата на пост главы ООН.

Генерал Сураюд Чуланонт был уволен с поста главнокомандующего вооруженными силами по решению премьера Таксина Шинаватры от 2 августа 2002 года. Поводом для тогдашней чистки в высшем армейском эшелоне послужили как раз события на тайско-бирманской границе. В середине мая сепаратистская группировка обстреляла регулярные силы бирманской армии с территории Таиланда, после чего официальный Янгон обвинил Сураюда Чуланонта в поддержке сепаратистов.

Только после отставки Чуланонта тогдашний министр иностранных дел Суракьярт Сатиратай отправился в Янгон для разрешения политического конфликта в интересах обеих сторон. Год спустя Сатиратай в Берлине призвал правительство Германии оказать экономическую помощь правительству Мьянмы. Этот факт не остался без внимания вашингтонского корреспондента журнала "Цицерон", который усмотрел в симпатии кандидата в генсеки ООН главную "проблему" Сатиратая.

Бросаются в глаза и другие совпадения. Именно после визита Сатиратая в Янгон премьер Таиланда развернул в своей стране массированную кампанию против наркоторговцев. Основной поток наркотиков поступал с территории, контролируемой бирманскими сепаратистами.

К началу кампании число наркоманов в Таиланде достигала шести процентов населения. Борьба с распространителями зелья осуществлялась жестко, в китайском стиле. Именно эти жесткие меры стали точкой отсчета для массовых выступлений таиландской оппозиции - как на площадях Бангкока, так и в прессе. В этом несложно убедиться по бангкокской политической хронике.

Именно на каренский язык был впервые переведен классический учебник "гражданского неповиновения" Джина Шарпа, который затем стал настольной книгой сербского "Отпора", грузинской "Кмары" и украинской "Поры". "Неправительственные" структуры, и в первую очередь "Фридом Хаус", не скрывали своей причастности к этим проектам. Менее охотно учителя революции рассказывают о том, что свой первый опыт они получили в Мьянме.

21 февраля этого года Кьяу Сан, министр информации Мьянмы, представил международной прессе не только фактуру, но и живых свидетелей произвола, который творили в глухих лесах восточной провинции Шан полевые командиры так называемого Всебирманского студенческого демократического фронта (ABSDF). Под этим названием с 1988 года фактически действовала целая подпольная армия, разделенная на батальоны и группы войск. Бывшие студенческие активисты, сбежавшие из "неповиновенческих" лагерей и сдавшиеся правительству, рассказывали, как предводитель "северной группы войск" ABSDF Тан Гуан привязывал провинившихся без одежды к стволам деревьев, пытал электрошоком, а подозреваемым в предательстве "вкладывал в руки детонатор, а затем отрубал у мертвого голову". Реквизированные у студентов деньги Тан Гуан отбирал, ссылаясь на "право революции".

В зверской дисциплине был резон: как рассказывал беглец по имени Со Лей, "все подчиненные должны были собирать урожай опиума на перевале Луэхай, который затем под наблюдением Тан Гуана перерабатывался в героин на скрытых в лесах "обогатительных фабриках". Помимо наркотиков, группа Тан Гуана промышляла подделкой валюты.

Руководящий состав "студенческого фронта" получал прямые инструкции от американских кураторов, обучавших их революционному ремеслу. Специальный Комитет политического неповиновения, учрежденный ABSDF, "практически воплощал в жизнь лекции бывшего военного атташе Роберта Хелви и профессора Джина Шарпа из института имени Эйнштейна", пояснил министр информации Кьяу Сан.

В 1983 году, когда полковник Хелви, будущий наставник «Отпора», был откомандирован в Восточную Азию, бирманский "золотой треугольник" был крупнейшим поставщиком сырья на мировой наркорынок. С дешевого продукта, добываемого каторжным трудом, получали колоссальную прибыль владельцы таиландских развлекательных заведений.

На этот многомиллиардный бизнес и посягнул в 2002 году Таксин Шинаватра. Он считал, что соседнюю страну может вытащить из опиумного болота только полноценное экономическое развитие. С руководством Мьянмы он договаривался не только о развитии телекоммуникаций, но и о строительстве железной дороги.

Теперь этот проект осужден на забвение - как и масштабный проект развития бангкокского метро. "Похоже, все социальные программы Таксина будут свернуты", - сообщает издание "Чанг Ной". "Уже на прошлой неделе старая бюрократическая гвардия постаралась прикрыть программу доступного здравоохранения с фиксированной платой в 30 бахт за прием врача"...

Это не сдвиг вправо. Это откат назад. Тихий переворот, начавшийся с отрешения главы правительства от связи со своими избирателями, носит классические черты колониальной диктатуры. Слащавая политкорректность генералов слишком явно адресована сильным мира сего.

Российские авиастроители будут искать новых заказчиков. Таиландские крестьяне - уходить в город на заработки. Политически и экономически изолированный режим Мьянмы - еще более отчаянно сопротивляться, словами Кьяу Сана, "иностранным кураторам и неоколониалистам, которые подстегивают местный террор". Но тайский массаж состоятельному туристу на Пхукете или Симуи будет гарантирован, со всей гаммой сопутствующих удовольствий. И никто не принудит VIP-клиента слушать песни во славу короля: они предназначены для местного населения, которое опытные режиссеры путча провели сразу и на роялистской, и на либеральной мякине.

Таиланд потерял гораздо больше, чем пост в ООН. Он потерял статус региональной державы, из прославленного "азиатского тигра" в один день обратившись в азиатский Гондурас, а в перспективе - в Гватемалу. Развращенное благами цивилизации городское население Бангкока оставило в фатальном проигрыше весь остальной народ страны. Новый путь Таиланда предсказуем, как жизнь латиноамериканского городка в романе Маркеса "Сто лет одиночества".

Выиграла не только "Локхид Мартин", которая вновь станет эксклюзивным поставщиком королевских ВВС Таиланда. Выиграли стратеги мирового масштаба, вновь планирующие вернуть "золотому треугольнику" прежнюю роль - в первую очередь из-за неуверенности в афганском режиме. Эта роль востребована хотя бы потому, что американский доллар поддерживается не только легальной экономикой. Организаторы переворота, должно быть, уже получили свой гонорар из многомиллиардной "черной кассы" - за тысячи километров от Бангкока. Они выиграли королевство. Им причитается.


Количество показов: 7262
(Нет голосов)
 © GLOBOSCOPE.RU 2006 - 2019
 E-MAIL: GLOBOSCOPE@GMAIL.COM
Русская доктрина   Институт динамического консерватизма   Русский Обозреватель   Rambler's Top100